Медведь – потому что мощь, доброта и страх врагов
Врио командира ОМОН Росгвардии в Мурманске –
о новом поколении, умении контролировать силу и новых вызовах перед спецотрядом
Сотрудники ОМОНа привыкли работать и в «горячих точках» и в самых суровых условиях Крайнего Севера. (Фото: Управление Росгвардии по Мурманской области)
5 апреля 2016 года указом президента была образована Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации или, сокращенно, Росгвардия. В дни празднования Дня защитника Отечества «Комсомольская правда»-Мурманск» начинает спецпроект о тех, кто создает вокруг нас безопасность, предотвращает трагедии и спасает жизни, если беда все-таки случилась. И открывает его рассказ об ОМОН «Медведь».

Его история началась 2 апреля 1993 года, когда на базе роты специального назначения патрульно-постовой службы милиции был создан отряд милиции особого назначения. Сейчас это спецподразделение в составе Росгвардии. Часть его работы незаметна, но есть ряд громких историй. Так, омоновцы участвовали в задержании Владислава Завгороднего, который 30 марта 2025 года открыл стрельбу с крыши общежития в Мурманске. Еще один офицер «Медведя» спас губернатора Мурманской области Андрея Чибиса, когда 4 апреля 2024 года на него было совершено покушение.
О скрытой от глаз северян работе и многом другом «КП»-Мурманск» поговорила с врио командира ОМОН «Медведь» Росгвардии по Мурманской области Романом Григорьевичем.
- Роман Григорьевич, перед встречей с вами я провела небольшой опрос, чтобы понять, какой себе представляют вашу работу северяне. И самый частый ответ – «сотрудники ОМОНа охраняют порядок». Как относитесь к такой общей формулировке?
- История нашего подразделения насчитывает более 30 лет, и за это время его задачи – очень конкретные, надо сказать, – не изменились, разве что стали детальнее, и что-то добавилось с учетом новых рисков. Животрепещущий пример – специальная военная операция, где Росгвардия помогает обеспечивать военное положение. В первую и вторую чеченские кампании мы такие задачи как на СВО, не выполняли, но они нам понятны и уже привычны, хоть детально я о них, как вы понимаете, не могу рассказать. Отмечу, что борьба с террористами, диверсионными разведывательными группами и вооруженными формированиями всегда была нашей зоной ответственности.
- Не задевает, что иногда люди не знают всех ваших задач? Вы ведь, например, и преступников задерживаете, и на сообщения о минировании выезжаете.
- Нет, не задевает. Со стороны нелегко увидеть полную картинку. Да и хорошие поступки не всегда требуют огласки. Наше подразделение уникально тем, что у него всегда был широкий спектр задач, в том числе самых тяжелых – это и борьба с террористами и диверсантами, о которых я уже говорил. Но также есть охрана общественного порядка и обеспечение безопасности: функции ППС, вневедомственной охраны, линейных отделов (например, работа в поездах дальнего следования). Часто это - не самостоятельное выполнение задач, а больше силовая помощь. Мы находимся в местах массового скопления людей: в прошлом году работали на Международном арктическом форуме в Мурманске, когда проходил чемпионат мира по футболу в 2018 году – наши сотрудники ездили на него в командировку. Боец ОМОН – это сила, которая везде и всегда востребована.
- Сила бывает разной…
- Наши ребята умеют «лавировать». Если это работа с террористами, чья цель – подорвать устои государства, мы можем работать очень жестко, но если речь про охрану общественного порядка – это мягкая сила: беседы, разъяснения и так далее. Наша цель – максимально профессионально выполнить задачу. А что такое профессионализм спецподразделения? Это наш высший пилотаж – быстро, четко «спеленать» преступника, чтобы не навредить ему, но и не дать довести умысел до конца, передать в руки другим органам, которые уже определят вину и вынесут приговор. Еще - важно не подвергнуть риску наших сотрудников, коллег и мирных граждан. Может, и не надо всегда видеть нашу работу. Зачем? Пусть живут спокойно, зная, что они под защитой.
- А как сдержать силу, если знаешь, что, например, задерживаемый совершил преступление в отношении ребенка? Одно дело «скрутить» взяточника, а другое – насильника или убийцу.
- До вынесения приговора человек невиновен, надо об этом помнить. Может, человек ничего не делал, его подставили. Были у нас случаи, когда мы усиливали конвойную охрану людей, на счету которых были доказанные убийства детей. Но даже в таком случае мы помним о профессионализме – мы выполняем только те функции, что даны нам законом. Что касается морально-психологического состояния, то все сотрудники проходят профосмотр, у нас есть психологическое сопровождение.
- Словом, человек должен оставаться человеком. Но без внутреннего стержня это сделать трудно. Как формируется этот душевный каркас сотрудника ОМОНа?
- Вы правы, важно оставаться человеком, а в нашем деле еще важно оставаться профессионалом. Стержень, понятно, не сразу образуется. Хотя если человек решил пойти к нам в спецподразделение, значит, этот каркас уже есть - может тонкий, а может, крепкий. Наша задача этот стержень, скажем так, закрепить и развить в сотруднике определенные навыки. В мужском коллективе на службе других вариантов нет – человек закаляется. Особенно во время служебных командировок в горячие точки. Раньше это был Кавказ, сейчас добавилась зона СВО. А вообще, в здоровом теле - здоровый дух. Физическая, огневая, тактическая подготовки – это неотъемлемая часть нашей работы. Не забывает сотрудник ОМОНа и об уме. У нас достаточно широкие полномочия, и важно работать, учитывая все юридические аспекты, знать законы, не превышать полномочия.
- И, конечно, лень и равнодушие в вашем спецподразделении – это табу?
- Если люди не хотят выполнять свои должностные обязанности, то наступают последствия, в том числе правовые. Если, например, сотрудник ЖКХ или чиновник бездействует, то что случается? Как минимум, социальная напряженность. А теперь задайте себе вопрос, какие последствия могут быть у сотрудников спецподразделения? Конечно, очень тяжелые. Если мы вовремя не приедем к вооруженному преступнику, то может оборваться жизнь - высшая ценность по Конституции Российской Федерации. За примером далеко ходить не надо: стрельба с крыши в прошлом году. Если бы оперативно не повязали преступника, то с его арсеналом оружия могла случиться беда. Кстати, вы спрашивали про стержень. Представьте, насколько вырос как профессионал наш сотрудник, снайпер, который помог этого злодея нейтрализовать? Какое уважение к нему среди других коллег по снайперскому делу? Мы теперь в обучении моделируем эту ситуацию, потому что теория и книги – это одно, а такие случаи очень наглядны.
- Кстати, о книгах. Тренировки для сотрудника ОМОНа – это святое, но что про внутренний мир? У вас, конечно, многие, могу предположить, увлекаются рыбалкой, охотой, активными видами отдыха. Ну, а театр, или книгу прочитать? Вы вообще следите за тем, как духовно развиваются ваши сотрудники? Или это уже очень личное?
- Любой, конечно, имеет право на личную жизнь, мы эти границы ни в коем случае не нарушаем. Но вообще исторически сложилось, что в таких подразделениях как наше, да и не только, всегда было важно культурное воспитание и досуг сотрудников. С культурными учреждениями региона у нас очень хорошие отношения, ребята часто ходят в театр, например, посещают концерты. Да и сами проводим различные мероприятия для сплочения коллектива, в том числе семейные – у нас много сотрудников с детьми, даже многодетных.

Мария ПАШЕНКОВА.
- Если дома все хорошо, то и на работе человек собран и спокоен. И наоборот…
- В личную жизнь не вторгаемся, но важно вовремя заметить, если что-то не так. Например, если нет собственного жилья – у нас много ребят из других регионов и иногородних, то стараемся помочь, расширяем социальный пакет. Помогаем адаптироваться к условиям Крайнего Севера, поддерживаем в сложных ситуациях. Это работа системная и многоуровневая. Проблемы в личной жизни могут сказаться и на выполнении задачи. Поэтому мы должны где-то в чем-то предостеречь, где-то помочь.
- К сожалению, в той же полиции Мурманской области у нас сейчас большой недокомплект сотрудников – до 60% в основных подразделениях. А как ситуация у вас?
- Мы поддерживаем укомплектованность на должном уровне. Показатель, как и в других органах, плавающий, но нет критической нехватки сотрудников. В этом есть заслуга и командиров подразделений, и еще одна причина – достойный социальный пакет. Конечно, служба в ОМОНе – это выбор, достойный мужчины. Но если нечем будет кормить семью, то сложно мотивировать сотрудника остаться. К нам приходят настоящие патриоты, для них важна идея, но нельзя дать разочароваться в службе из-за маленькой зарплаты. Мы объясняем, что чем дольше служишь – тем выше зарплата, это достойный доход. Также помогаем с жильем, есть ряд других мер поддержки. За последние годы к нам пришло много мотивированных парней, отряд омолодился. Некоторые – вчерашние школьники, которые прошли армию и теперь сделали осознанный выбор. Хотя есть и сотрудники, которые работают с момента его создания.
- Кстати, о молодежи. Каждое поколение найдет, что ему не нравится в последующем. Сейчас вот много шуток и кивков в сторону зумеров. К вам, получается, они тоже пришли на службу. Какие впечатления, нет нареканий?
- Я вот про поколение 80-х и про своих сверстников много критических отзывов слышал. Говорили, что - потерянное поколение, да и про другие поколения это говорили. Что же касается зумеров… 2022 год наглядно показал, какие они, эти мальчики, про которых на всех углах кричали, что они потеряны. Они встали на защиту Родины - может, и боялись, но никуда не уходили, стояли насмерть. Я своими глазами видел этих мальчишек на передовой. Я рос, когда уже многое было разрушено, например, пионерия, менялось государство. Но я рос на фильмах про Великую Отечественную войну, и когда началась чеченская война, хотел идти в армию и защищать Родину. Не было оголтелой пропаганды, а я все равно туда рвался, как и другие парни. Наша страна прошла через такое количество войн, что это уже в генетике нашего народа – встать ради Родины, защитить страну и ее жителей. Я могу официально, на примере нашего подразделения заявить: молодежь сейчас – это классные парни. С ними есть о чем поговорить, они смелые, не так зависят от гаджетов, как им приписывают. Они – крепкий стержень нашего государства, который врагу не удалось испортить, хотя многое для этого было сделано.
- По сравнению с некоторыми другими регионами, в Мурманской области достаточно спокойно. Или вы со мной не согласитесь?
- Критериев спокойности много. Где-то чаще случаются ЧС и природные катастрофы, где-то уровень криминала выше. У нас вот две страны НАТО под боком и большая протяженность с ними и сухопутных границ, и морских. Много рисков и точек напряжения, о которых, возможно, мирные граждане и не знают. В истории только нашего подразделения за последние 30 лет были разные случаи: и террористы, и захват заложников на подводной лодке. В наши дни – новые вызовы. Например, сейчас в Мурманской области активно развивается туризм. Спустя рукава не сидим.
- В 90-е годы к людям в форме и с погонами сложилось недоверие и неуважение, в 2000-х эти чувства активно культивировались. Сколько шуток про тот же ОМОН и некомплиментарных материалов. В наши дни, еще и при помощи нейросетей, можно создать что угодно. Нужно ли на это реагировать? Вы бы какие эмоции хотели видеть в глазах людей, которые смотрят на ваших ребят?
- Как минимум восхищение и уважение. К сожалению, действительно в указанное вами время стал формироваться образ сотрудника ОМОН как злого и агрессивного человека. И это была спланированная акция. Людям не показывали, как он кого-то спас, зато вырывали из контекста видео, как задерживают преступников. Это был период мнимой свободы слова, когда на самом деле делали что хотели, не думая о последствиях. В 90-е и 2000-е Запад бил ниже пояса – по нашим детям, воспитывая их на таком контенте. Я помню ситуацию, как мы стояли за щитами во время массовых беспорядков, а пожилая женщина выплеснула сотрудникам в лицо пиво. Что она преследовала, зачем сделала? Есть ли у нее у самой ответ на этот вопрос? К счастью, сейчас о духовных ценностях, нравственности, правильном воспитании детей снова заботятся. Когда при мне начинают ругать правоохранителей, я задаю один вопрос: если ты или твои дети окажутся в беде, кому ты будешь звонить, чтобы помогли? А почему они тогда плохие?
- Мы с вами не гадалки, но проанализировать все-таки можем. Оглядываясь на более чем 30 лет работы отряда в Мурманске, каким бы вы хотели его увидеть в ближайшие, условно, пять лет?
- Таким же сильным, крепким, сплоченным, какой он есть сейчас. Чтобы был акцент на развитие Арктики.
- И есть вопрос, которым я хотела начать интервью, но решила им закончить. Почему ваш отряд называется «Медведь»?
Речь, конечно, о белом медведе. Медведь — это исконно русский зверь, добрый, сильный, мощный. Наши враги воспринимают его со страхом, а надо, чтобы они боялись и знали, что есть неотвратимость наказания и возмездия. Медведь обязательно их поймает и накажет.
Мария ПАШЕНКОВА.

«
Made on
Tilda