Красота, молодость и пытливый ум - с такими козырями в рукаве девушка может выбрать себе любой путь. Анастасия Смельцова с врожденным артистизмом могла бы петь на сцене, вести мероприятия. А жила бы несколько веков назад – из-за ее улыбки рыцари сражались бы не на жизнь, а на смерть. Но северянка выбрала иной жизненный сценарий и стала следователем следственного отдела по городу Мурманску СУ СК России по Мурманской области. В свои 25 лет она – одна из самых молодых сотрудников регионального следкома и при этом, одна из самых подающих большие надежды.
- Анастасия, насколько я знаю, у вас в семье никого не было с погонами. Как же был сделан такой профессиональный выбор?
- Действительно, семья у меня никак не связана с правоохранительными органами: папа – автослесарь, мама – графический дизайнер. Мама случайно из газеты узнала, что в Мурманске открывается лицей № 2, и решила, что я именно туда пойду в первый класс. А потом там появился кадетский класс, я увидела ребят в форме и загорелась этим. Успешно сдала экзамены и поступила. Когда папа узнал, что я поступила в кадетский класс, сказал: «Ну, Насть, будешь работать в ФСБ». Не знаю, почему именно там (смеется). Время в кадетском классе пролетело незаметно, все время были слеты, разные мероприятия. А после выпуска поступила в академию Следственного комитета. Там было безумно интересно учиться. Например, были обучающие судебные заседания. Сначала было трудно, но зато теперь, когда я бываю в настоящих судах, мне гораздо легче благодаря такой практике.
- Но при этом сохранялось и творчество в вашей жизни?
- Да, я еще со школы пела, танцевала, в университете тоже была насыщенная культурная жизнь. В детстве хотела быть и актрисой, и певицей…
- И все же не выбрали этот путь?
- Наступил ковид, я вернулась в Мурманск, учеба перешла в дистанционный формат. Постоянно находиться дома не хотелось, так и решила пойти на практику в управление по Мурманской области. Я думала, что это продлится всего несколько недель, но буквально «затянуло». Даже пары слушала из рабочих кабинетов. У меня была замечательная наставница – Полина Фетисова, до сих пор мы дружим. Именно она помогла мне сохранить положительный настрой, несмотря на то, что постоянно видишь смерти и чужую боль. После практики я решила, что точно буду следователем. Думала, что после окончания вуза попаду в Мурманск, но меня определили в Мончегорск, где я проработала полтора года и только в этом январе перевелась в Мурманск.
- Какими были первые годы работы, да еще и в городе металлургов?
- У меня был прекрасный руководитель – Александр Тюкин. Мне кажется, что там я смогла попробовать себя в раскрытии всех видов преступлений. И это помогло мне профессионально вырасти. Наш отдел занимался не только Мончегорском, но еще и Оленегорском и Ловозерским округом. Сказать, что сложный участок - нельзя. В Оленегорске, например, за год было три убийства. Хотя есть специфика – удаленные населенные пункты. Однажды надо было отправиться в Краснощелье. Осень, лед еще не встал, единственный способ добраться до села – вертолет. За 40 минут полета я, кажется, вспомнила все молитвы - очень страшно было лететь.
- В силу возраста и внешности часто ли на вас во время допросов пытаются давить, манипулировать, говорят, что вы слишком молоды или, может, делают комплименты?
- Знаете, это я сейчас много улыбаюсь в разговоре с вами и более открытая. Во время допроса я строго слежу за соблюдением границ. Например, не позволяю называть по имени, только с отчеством. Несмотря на возраст, я специалист, который постоянно старается профессионально расти.
- Следователям не приходится выбирать, какое преступление расследовать. Но вам самой какое направление ближе?
- В годы студенчества я писала все работы по половым преступлениям в отношении несовершеннолетних. Несмотря на то, что тема тяжелая, мне было понятно, как вести себя с детьми, и важно помогать им. И сложные дела меня не пугают: через боль, трудности и даже слезы идет рост. Я мало что знала об устройстве машин, но когда пришлось расследовать смертельное ДТП, стала изучать. Дело депутата в Мончегорске – заведующей детским садом – которой было предъявлено обвинение в мошенничестве с использованием служебного положения, тоже было трудным. В экономических преступлениях много тонкостей.
- Как сохранить веру в людей после того, как общаешься с убийцей или насильником ребенка?
- В этом мне помогали мои наставники, они учили меня переключаться. Своих детей у меня пока нет, но я крестная замечательной трехлетней девочки, и, конечно, трудно не проецировать на себя и близких то плохое, что видишь. С гибелью детей я сталкивалась дважды. В одном случае младенец задохнулся во сне. Было тяжело видеть плачущую мать, которая ничего не могла сделать. Вторая история – ребенок утонул, пока взрослых не было рядом.
- В последние годы выросла популярность тру-крайма (сериалы, книги, фильмы, подкасты о реальных серийных убийцах, маньяках и жестоких преступниках. – Ред.). Увлекаетесь таким или на работе хватает?
- Когда я была маленькая, папа часто смотрел сериалы про милицию и следователей. Сама я тру-крайм не люблю, все-таки стараюсь разграничивать работу и свободное время. И без этого сложно переключиться на отдых, все равно в голове прокручиваешь детали того, что расследуешь. Для меня лучший отдых – время, проведенное с моим молодым человеком и друзьями, рисование, путешествия. Но иногда что-то смотрю, например, люблю сериал «Первый отдел» (16+).
- Насколько он правдиво отражает работу следователей?
- Сериал показывает ее проще и легче. Но мне нравится, что он показывает взаимодействие между сотрудниками полиции и Следственного комитета.
- А если бы сняли очень достоверный сериал про вашу работу – вот как все есть на самом деле, было бы это интересно зрителям?
- Смотря какой был бы подход… Нельзя всего показать. Мы часы и дни проводим за бумажной работой. Это важно, но сомневаюсь, что интересно со стороны.
- А себя вы могли бы представить героиней такого сериала?
- Я творческий человек и, если честно, могла бы такое представить.
- Многие девочки хотели бы носить погоны, но боятся, что это трудно или невозможно совместить с семьей. Анастасия, что бы вы могли им сказать?
- На самом деле, все зависит от человека. Я горю своей профессией и готова много работать. И смотрю по коллегам: если надо задержаться и поработать, они делают это и не возмущаются, понимая, что раскрыть преступление и наказать виновного
важнее. Конечно, служить трудно. Но поверьте, на себя и близких время остается. С каждой трудностью тоже можно научиться справляться. Мне до сих пор тяжело видеть смерть, но я стараюсь не зацикливаться на этом. Бывало, что после работы приходила домой, и слезы стояли в глазах. Но это временные сложности. Меня поддержали коллеги, спасибо им за это!
- У каждой девочки есть кумир: героиня фильма или книги, мама, тетя, учительница, реальный исторический персонаж. У вас есть такой пример для вдохновения?
- Не знаю, как вы отреагируете (смеется), но я обожаю фильм «Блондинка в законе» (12+).
- Честно говоря, тоже его люблю!
- В нем много наивного, но важно то, как героиня выросла, изменилась, добилась всего сама. И сохранила свою индивидуальность, легкость, утонченность, позитивное мышление, умение найти выход из самой трудной ситуации. Даже на самой трудной работе у женщины должно быть время на себя, важно оставаться ухоженной. Это нужно, в первую очередь, для внутреннего состояния. А еще - люди к тебе по-другому относятся.
- Что бы вы сказали самой себе на будущее?
- Не потерять веру в людей, сохранить позитивное настроение, умение общаться. Чтобы мне давали сложные дела, но и не забывать про личную жизнь.
- А для маленькой Насти есть послание? Себе в прошлое?
- Я смогла.